Ответы мое знакомство с анастасией

Журнальный зал: Октябрь, №8 - Юрий ГУРФИНКЕЛЬ - Подземная река

ответы мое знакомство с анастасией

Какое из высказываний, приведённых ниже, содержит ответ на вопрос: «Чем . (1) Мое знакомство с Анастасией Ивановной Цветаевой длилось почти. Ответы пользователя Анастасия, 22 года, Нижний Новгород. Сайт знакомств · Встречи · Знакомства в Киеве · Знакомства и общение · Страницы · Мобильная версия · Фотоконкурсы · Вопросы и ответы · Помощь.

На каждый находились любители: Приведите в сочинении два аргумента из прочитанного текста, подтверждающие ваши рассуждения. Вариант 26 Часть 1 Прослушайте текст и выполните задание C1 на отдельном подписанном листе. Сначала напишите номер задания, а затем текст сжатого изложения.

C1 Прослушайте текст и напишите сжатое изложение.

ответы мое знакомство с анастасией

Учтите, что вы должны передать главное содержание как каждой микротемы, так и всего текста в целом. Объём изложения — не менее 90 слов.

Пишите изложение аккуратно, разборчивым почерком. Беловежская пуща — наиболее крупный остаток реликтового первобытного равнинного леса, который в доисторические времена произрастал на территории Европы. Постепенно он был вырублен и в относительно ненарушенном состоянии в виде крупного массива сохранился только в Беловежском регионе на территории Белоруссии и Польши. Позже он получил статус биосферного заповедника и был награждён Дипломомом Совета Европы.

Беловежская пуща является уникальным и крупнейшим массивом древних лесов, типичных для равнин Средней Европы. Лес, лес и лес на многие десятки километров — вот что поражает человека, впервые приехавшего в пущу.

Сегодня трудно себе представить, как можно было играть на махине величиной с гараж, общавшейся с человеком в основном посредством перфокарт и магнитной ленты. В ней по экрану монитора шустро летали два стрелявших друг в друга снарядами космических кораблика, снабженных ограниченным запасом топлива. В году появились видеоигры и компьютерные приставки для них, в выпустили портативный компьютер с цветным дисплеем, а в году, после разработки технологии мультимедиа, был продемонстрирован первый компьютерный анимационный ролик со звуковыми эффектами.

Таким образом, начиная с х и по наши дни компьютерные игровые технологии пережили небывалую по интенсивности эволюцию. Сегодня виртуальные игры, достигнув небывалого расцвета, захватывают все новые ниши. К каждому заданию A1 — A7 даны 4 варианта ответа, из которых только один правильный.

Номер этого ответа обведите кружком. У нее были разные оттенки голоса. Гурфинкель А1 Какое из высказываний, приведённых ниже, содержит ответ на вопрос: Все дальнейшее напоминало сказочный сюжет. Перелет из Москвы на борту королевского авиалайнера — с красным вином в небесах, ее чтением стихов.

Почтительный портье внес его в номер, и вещи, нисколько не страдающие комплексом неполноценности, были извлечены оттуда и заняли место на полках шкафов. Смуглая индонезийка, прибиравшая ежедневно, только таращила от изумления ореховые глаза, не зная, как поступить с рассыпанными на коврах гомеопатическими шариками или алюминиевой мятой кружкой, должно быть, привезенной еще из ссылки.

И вот огромный выставочный зал с тысячами книг, среди которых мелькнула обложка с лицом Марины. Как сейчас вижу ее чуть согбенную фигуру. Постукивая палкой, в элегантном светлом костюме она поднялась по крутым деревянным ступеням на сцену. Проводив ее, я поспешил занять место в зале, но она настойчиво попросила, чтобы я сидел.

Таким образом я оказался перед тысячью глаз, в фокусе телекамер. Неуютность моего положения возмещалась, однако, возможностью наблюдать реакцию зала.

У нее были разные оттенки голоса. Одни для друзей — уютные, насыщенные теплом. С людьми официальными голос учтив, но — бывало — и холоден. По-иному разговаривала с животными. И совершенно по-особому она читала стихи. С ясной, глубокой мелодией, временами напоминающей по звуку виолончель.

Мне казалось, зал она не видит и мощное его дыхание едва ли слышит. Скорее только догадывается о том, что она в центре внимания, — по яркому свету юпитеров. Как передать эту атмосферу разрастающейся любви? Слушая ее, публика неистовствует, руки будто сами по себе аплодируют, тогда как лица просветлены и всем уже ясно, что если Марина гениальна, то Анастасия по меньшей мере феноменальна. Больше часа продолжалось ее выступление. Лента в моем магнитофоне остановилась, и в напряженной тишине, с которой зал слушал ее, неловко было щелкать крышкой и переворачивать кассету.

Теперь жалею об этом, потому что шквал аплодисментов остался незаписанным. Но до сих пор в ушах звучат неутихающие плещущие звуки. Люди стояли в проходах, не расходились. Потом возникло стихийное движение к сцене. Словно каждому хотелось убедиться, что этот комок жизни и стойкости — не плод их воображения, а вполне реальный человек.

Возможно, это был час ее триумфа.

Ивлеева - про Элджея, секс и пластику / вДудь

Того, к чему она всегда относилась с иронической улыбкой. Месяц спустя мы встретились в Переделкино. Я помогал расшифровывать магнитофонные записи с ее выступлениями. В перерывах гуляли по парку.

Где-то высоко над головой ветер описывал эллипсы вершинами елей, березы легко шумели пожухшими от жары листьями. В Москве с ее скопищем машин плавился асфальт, а здесь, за городом, небывалый для августа зной переносился как-то легче.

Присели на скамейку в парке. Метрах в пятистах виднелся дом Пастернака, место модного паломничества. Просторный деревянный дом, кабинет на втором этаже, стол, за которым написан роман, принесший автору мировую славу и неисчислимые страдания. В один миг лизнет руку одному, другого ткнет носом, на третьего поглядит, к четвертому как-то боком прижмется.

Настолько Борис поглощал внимание своей необычностью. Я помню его идущим навстречу с такой блаженной улыбкой: И говорит с вами, одновременно следит за керосином — может пролить, конечно, если заговорится. Гуашевой белизны облако восходило над верхушками берез. Откуда-то от писательских особняков потянуло запахами костра и шашлыка, донеслись неразборчиво-оживленные голоса. Кажется, Ницше как-то сказал: А Пастернак вкладывает свои мысли в рот одному, потом другому, третьему, а мы их, героев, — не видим.

Мы не видим, как они входят в комнату, не видим разницы их языка, движений, их манеры одеваться, относиться к окружающему, — всего, что создает человека, — этого ничего мы там не находим. Поэтому я читала этот роман с глубоким разочарованием.

Они не принадлежат нисколько этому Живаго. А еще говорят, что он дал. Но это может сказать только тот, кто не знал. Настолько Борис поглощал внимание своей необычностью!

Но он реальную жизнь воспринимал, он в ней жил, он ее обогащал. Из этих способностей перейти к тому, чтобы реально описывать какого-то другого человека, вложить в него вот эти стихи о том, как идет ангел, — от него остаются следы, мы его не видим, а следы остаются от него, — эти стихи не могут принадлежать Живаго, потому что Живаго вообще вопросительный знак, Борис его не родил.

ответы мое знакомство с анастасией

Я даже удивилась одной своей знакомой — тонкий человек, латинистка, много знающая, — она как будто даже плакала, дочитав до того места, где Живаго умер. А я даже не заметила. Это и не смерть. Просто так сказали, что он умер. В литературном смысле Пастернак не сумел этого дать. Вокруг скамейки, на которой мы сидели, царило смешение берез, елей, осин. Кажется, сполохи солнца между листвой, уже ослабевшие к середине лета птичьи голоса, аллеи с пастернаковским кафедральным мраком елей и тонким, хотя и ощутимым запахом грибной прели, были собраны здесь нарочно, для того, чтобы сообща дать уловимый толчок памяти.

Но ведь это было! Я сейчас даже не вспомню точно — в каком году? Когда-то папа посадил вокруг дачи три елки. Елки Леры, Муси и Аси. По именам трех дочерей. И вот — представьте — сколько лет прошло. Лето пятьдесят девятого года. Три года, как вернулась из ссылки. Лера, моя старшая сестра, мне говорит: Отражения облаков в воде, трава. За бревенчатым мостиком крутой подъем.

Откуда-то от Оки через калитку попадаю в сад. Уже какой-то чужой дух над старой дачей, но все узнаваемо, знаете, — до сердцебиения.

Вот старшая елка — Лерина. И только одна, напротив Марининого окна, — сухая. Я ищу ответ, и не у кого спросить. Думаю, в день смерти Марины. Меня поражала прямота, порой жесткость ее оценок. Никакой стариковской слезы, размягченности.

И в полной мере это относилось даже к таким близким друзьям — признанным читательским кумирам — как Мандельштам и Пастернак. Но это колдовство на одном круге. Там нет пути, а все один круг. Почти так же можно сказать о Мандельштаме, поскольку он Бога не познал и, видимо, не стремился к Нему достаточно, а переживал свои горести, и это стало для него императивом. Это очень, очень талантливое колдовство. А у Пастернака есть прорыв — Туда. Он мне писал, когда я после лагеря была в ссылке в Сибири, о своем ощущении счастья.

Когда у него случился инфаркт, ему казалось, что смерть приблизилась, и он стал благодарить Бога за то, что Он ему даровал детство, потом юность и вот теперь посылает смерть. Дело в том, что часть писем, тех, что мне писали, я при переездах отдавала на хранение моей племяннице Ариадне Сергеевне Эфрон.

ответы мое знакомство с анастасией

Очень много, целый ящик. Посылала их ей из Сибири, из навечной ссылки, потом, после смерти Сталина, она оказалась невечной и нас стали освобождать, — из Башкирии, где я жила у сына после освобождения. Но назад от нее ничего не получила. Он попал туда автоматически. Волкова сначала обещала отдать, а потом ответила: И поэтому Волкова мне его не отдала.

Тогда я ей написала: Могу даже сказать, чьи письма мне особенно хотелось бы иметь. А сами печатайте как ваше достояние.

Ответы@neuro-med.info: Кому? Анастасие или Анастасии?

Она мне ничего не ответила, письма не напечатаны, так там и лежат. Видимо, там и останутся. Года три назад я обращалась к юристам. Они считают, что дело очень сложное и едва ли что-нибудь из него получится. Там есть чудные письма Пастернака. Пока была в лагере, мы не переписывались.

Только в самом конце, когда Германия уже капитулировала и когда после Хиросимы встала на колени Япония, чтобы не погубить себя всю, тогда только стали писать, последние два года моей ссылки. Так вот, там были необыкновенные письма о процессе творчества. О струе сухости во время этого процесса.

Вариант 27

В другой раз заговорили о Эфроне. Там висели любимые фотографии: Мандельштам, мне кажется, даже прислушивался к нашей беседе. Я спросил о Сергее Эфроне. Он, герой Белого движения, на мой взгляд, совершенно потерял себя в эмиграции.

Не представляю, что с ним произошло за эти годы. Тогда, в Париже, он был уверен, что в России скоро все переменится. Он придерживался взглядов Николая Федорова.